Кабинет| Поиск Вход
Сообщество:
История и современность
Информация о исторических событиях, явлениях и фактах. Редкие фото уходящей эпохи.

 
 

Сегодня Брежнев стал генеральным секретарем (история снятия Хрущева)



Леонид Брежнев стал генеральным секретарем КПСС и фактическим главой СССР, заменив Никиту Хрущева. 

12 октября 1964.года на орбиту спутника Земли новой мощной ракетой-носителем впервые в мире выведен трехместный пилотируемый космический корабль "Восход" с экипажем, состоящим из командира корабля летчика-космонавта инженер-полковника В. Комарова, членов экипажа-научного сотрудника-космонавта кандидата технических наук К. Феоктистова и врача-космонавта Б. Егорова». Еще один триумф Никиты Сергеевича Хрущева. Как оказалось, последний.

сняли Хрущева

А в Президиуме ЦК КПСС между тем созрел заговор. Хрущева вызвали из Пицунды, где он отдыхал. На заседании Президиума председательствовал Микоян. Хрущева сняли со всех постов, а на на следующий день 15 октября сообщили:

– 15 октября 1964 года Президиум Верховного Совета СССР удовлетворил просьбу Н. С. Хрущева об освобождении его от обязанностей Председателя Совета Министров СССР в связи с преклонным возрастом и ухудшением состояния здоровья. Председателем Совета Министров СССР назначен А. Н. Косыгин.

А Первым секретарем ЦК КПСС был избран Леонид Ильич Брежнев.

Академия наук была спасена. Все разговоры об ее разгоне прекратились. Вскоре появилась и новая терминология: «волюнтаризм», «субьективизм».

А в народе встретили его снятие стишком:

Снятие Хрущева со всех постов было для меня неожиданным. Я не представлял себе, что в СССР возможен государственный переворот. Мне казалось, что власть вождя партии и народа незыблема.
Однако это произошло, хотя нам это было преподнесено как заурядное явление, – обычная ротационная процедура.
Тем не менее предпосылки для снятия Хрущева со всех постов безусловно были. Народ возмущался из-за ухудшения  продовольственного снабжения, а руководители политики и экономики всех уровней –нестабильностью своего положения. Им были недовольны не только ученые Академии наук, но и другие еще более влиятельные группы, чье мнение не могло не учитывать ближайшее окружение Хрущёва. Им все более и более была недовольна партийная, государственная и военная верхушка (сейчас бы сказали, элита) страны. Решающей причиной его отставки стала позиция значительной части партийно-хозяйственных кадров, которые были обеспокоены бесконечными реформами Хрущева Они, как правило, заканчивались провалами, в которых виновниками становились именно они, эти самые партийно-хозяйственные кадры. В конце концов, эти кадры увидели в деятельности Хрущева постоянную угрозу их карьере, стабильности их положения и привилегиям. По сути возник «бунт» аппарата.
Заговор возник в самом  Политбюро, которое стало готовить смену лидера. Общество же осталось равнодушным к снятию Хрущева. Более того,  интеллектуальная элита, пожалуй, даже вздохнула с облегчением, поскольку устала от его непродуманных и эксцентричных выходок, намечавшейся ликвидации Академии наук, хамского отношения к деятелям искусства и литературы.

12 октября 1964 года восемь членов Президиума ЦК КПСС во главе со вторым секретарем ЦК КПСС Брежневым решили предъявить Хрущеву политические и личные обвинения.
Кроме Брежнева, это были: еще два секретаря ЦК КПСС Подгорный и Суслов, два первых заместителя Председателя Совмина СССР Косыгин и Полянский, Председатель Совмина РСФСР Воронов, Председатель Комиссии партийного контроля при ЦК Шверник и в недавнем прошлом Первый секретарь ЦК КП Украины Кириленко. Их активно поддерживали два кандидата в члены Президиума ЦК Гришин (председатель ВЦСПС) и Ефремов, а также секретари ЦК Андропов, Демичев, Ильичев, Поляков, Пономарёв, Рудаков, Титов, Шелепин. Они договорились срочно вызвать Хрущёва, который отдыхал в Пицунде, в Москву, где на заседании Президиума ЦК КПСС предъявили ему обвинения.

13 октября на новом заседании Президиума ЦК, уже в присутствии Хрущёва, Брежнев поставил вопрос о его «добровольной отставке». Хрущёв активно сопротивлялся. Однако 14 октября все же подписал текст заявления о своем уходе.
В тот же день состоялся пленум ЦК, на котором выступили Брежнев и Суслов. Брежнев обвинил Хрущёва в нарушении принципа коллективного руководства, «выпячивании своей личности» и в серьезных просчетах «прикрываемых бесконечными перестройками и реорганизациями». Суслов также дал резкую оценку бывшему главе партии и государства. Причем упор был сделан на «плохие черты характера» Хрущёва. В итоге пленум удовлетворил «просьбу» Хрущёва об отставке, а также признал в дальнейшем невозможным соединять в одних руках два поста: Первого секретаря ЦК и Председателя Совмина СССР. 
Новым Первым секретарем партии был избран Л. Брежнев, а главой правительства — А. Косыгин.

из Архива А.Н. Яковлева, «архитектора перестройки» и «отца гласности»

По многочисленным воспоминаниям участников событий того времени доктор исторических наук А.Н.Артизов и кандидат исторических наук Ю.В.Сигачев подготовили публикацию, которую я и привожу здесь в сокращенном виде. Полностью она приведена в Архиве Александра Николаевича Яковлева (Альманах «Россия. ХХ век» http://www.alexanderyakovlev.org/almanah/inside/almanah-intro/1002078), который с 1987 года был членом Политбюро ЦК КПСС, а с октября 1988 г. – председателем Комиссии Политбюро ЦК по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями 1930–1940-х и начала 1950-х годов. За Яковлевым впоследствии закрепились титулы «архитектора перестройки» и «отца гласности». 

«...К началу 1964 г. авторитет Хрущева в стране упал, о чем свидетельствовали многочисленные анекдоты о нем, получившие широкое распространение. Недовольны были все слои общества: рабочие и служащие — повышением цен на товары и производственных норм, введенных одновременно со снижением расценок; крестьяне — вынужденным урезанием подсобных хозяйств; жители маленьких городов и поселков — запретом держать скот. Творческая интеллигенция обсуждала экстравагантные выходки первого секретаря, устраивавшего «разносы» виднейшим писателям и мастерам живописи и поучавшего их, как и что надо творить. Усилению социальной напряженности способствовали перебои в обеспечении городов и поселков продовольствием из-за неурожая 1963 г.

Этим не замедлили воспользоваться члены высшего партийно-государственного руководства СССР, жаждавшие стабильности своего положения и боявшиеся очередной смены караула в верхах.

На июньском (1963 г.) пленуме ЦК КПСС обязанности второго секретаря ЦК, вместо разбитого инсультом Ф.Р. Козлова, Хрущев поручил исполнять сразу двум членам Президиума ЦК — председателю Президиума Верховного Совета СССР Л.И.Брежневу и переведенному из Киева на работу секретарем ЦК КПСС Н.В.Подгорному. Именно эти два человека взяли на себя основную работу по организационному оформлению недовольства партийной номенклатуры.

По воспоминаниям Г.И.Воронова, в то время председателя Совета Министров РСФСР, все это готовилось примерно год. «Нити вели в Завидово, где Брежнев обычно охотился. Сам Брежнев в списке членов ЦК ставил против каждой фамилии “плюсы” (кто готов поддержать его в борьбе против Хрущева) и “минусы”. Каждого индивидуально обрабатывали». Иногда пишут, что «мотором» заговора был не входивший тогда в состав Президиума ЦК секретарь ЦК КПСС А.Н.Шелепин, опиравшийся на своего друга — председателя КГБ при Совете Министров СССР В.Е.Семичастного. Однако по своему второстепенному положению в партийной иерархии, они не имели возможности возглавить оппозицию. Не случайно и Шелепин, и Семичастный отрицали руководство заговором, признавая вместе с тем свою активную роль в нем. <...>

Подготовка к смещению первого секретаря заставляла всех их быть предельно осторожными.

И все же реальные свидетельства нарастания напряжения во взаимоотношениях первого лица с другими членами Президиума ЦК КПСС остались. Вот некоторые примеры.

11 июля 1964 г. Заседание пленума ЦК КПСС. Присутствует вся партийно-государственная номенклатура. Рассматривается болезненный для Брежнева вопрос о его освобождении с поста председателя Президиума Верховного Совета СССР и назначении на эту должность Микояна. Начав с нелепой шутки об «отлупе деда Щукаря», Хрущев далее обращается к Брежневу и с нарочитым пренебрежением к нему комментирует только что прозвучавшие аплодисменты участников пленума: «Это рады, чтобы Вас освободить. Нельзя же назначить, не освободивши. Это обрадовались люди, что Вас освободили». Чтобы сохранить лицо, Брежнев вынужден ответить: «Не думаю. Это они хорошо провожают». 
Многословно и иносказательно объяснение Хрущева, почему проводится кадровая перестановка: «Я думаю, что это будет хорошо, потому что сейчас значение Президиума Верховного Совета надо поднимать и придавать ему еще большее значение. Вот Конституцию разработали. …Нам сейчас не завинчивать гайки надо, а надо показать силу социалистической демократии. …Раз демократия, то и руководство может быть подвергнуто критике. И это надо понимать. Без критики нет демократии. …Мы [анти]демократические методы побороли со всеми трудностями и разбили врагов, оппозицию, имели монолитность в народе, который поддерживал нашу партию, а сейчас, я так понимаю, не все мы единого мнения, сейчас у нас по нарастающей развивается этот процесс. Поэтому, чтобы было более демократично — надо устранить препятствия: освободить одного и выдвинуть другого». Но для участников пленума, с полуслова понимающих намеки, речь Хрущева предельно ясна: в отличие от Микояна, Брежнев не способен быть «демократическим президентом» страны, он не в состоянии поднять работу Президиума Верховного Совета СССР на более респектабельный уровень, и потому его возвращают на прежнюю работу в ЦК КПСС курировать военно-промышленный комплекс.

19 августа 1964 г. Заседание Президиума ЦК КПСС. Присутствует узкий круг высших руководителей, где можно не прибегать к «византийскому слогу». Обсуждается поездка Хрущева по регионам страны. Всплывает вопрос об оплате труда комбайнеров, чабанов, других сельскохозяйственных рабочих. Первого секретаря возмущают повышенные расценки и плохое нормирование труда в колхозах. Попытка Полянского оправдаться вызывает бурную реакцию Хрущева, работе своего соратника по Президиуму ЦК он выставляет негативную оценку: «Товарищ Полянский, я с вами не согласен. Это несогласие складывается в какую-то линию. …Я против того, чтобы сельские рабочие вырывались и больше зарабатывали, чем заводские рабочие. …Вы берете на себя смелую задачу защиты вопроса, которого Вы не знаете. В этом тоже Ваша смелость. Но это не ободряет ни меня, ни других. Я полагаться в этих вопросах на Вас очень затрудняюсь. Как Вы подошли к решению пенсионного вопроса? Разве так можно решать? Всем поровну — так нельзя. Это самое легкое. А надо, чтобы как мы решили, чтобы колхозы принимали участие, чтобы они от своих отчислений определяли размеры, тогда будет стимулирование производительности труда. Он будет сегодня работать, а будет думать, что он получит, когда пойдет на пенсию. Вот о чем речь идет. А Вы представили уравнительную [пенсию], не соответствующую нашей линии. Другой раз — по ценам. Я очень осторожно к Вам отношусь». И далее, обращаясь к другим членам Президиума ЦК, Хрущев заключает: «Я остро этот вопрос поставил, товарищи. Вы знаете, что этим вопросом занимается Полянский. Я его считаю не совсем объективным».

На этом же заседании при обсуждении подходов к уборке хлопка, в отсутствие Косыгина, Хрущев и ему дает нелестную характеристику: «Нет здесь Косыгина. Но тут Косыгиным пахнет. Онзнает цену длинного тонковолокнистого хлопка, он знает производство текстиля, и на него текстильщики жмут. …Нити тянутся к Косыгину. У него старые взгляды».

17 сентября 1964 г. Заседание Президиума ЦК КПСС. Присутствуют Хрущев, Брежнев, Воронов, Микоян, Полянский и Суслов. В рабочей протокольной записи заседания заведующий Общим отделом ЦК В.Н.Малин фиксирует вопрос «о Президиуме» и следующие рассуждения Хрущева о его составе: «Довольно много людей с двухмесячным отпуском» (т.е. старых); «Три этажа в руководстве — молодых, средних и старших». Действующий состав Президиума ЦК КПСС явно не устраивает Хрущева, в верхнем эшелоне власти необходима процедура ротации кадров. Конечно, обсуждение такой острой темы лишь встревожило членов Президиума ЦК и побудило их к более активным действиям против первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров СССР.

Из воспоминаний Сергея Хрущева (сына Н.С. Хрущева) известно, что сообщение о заговоре он получил еще до поездки отца в третьей декаде сентября 1964 г. на полигон Тюра-Там. После возвращения Хрущева Сергей подтвердил тревожную информацию, рассказав отцу о состоявшейся беседе с бывшим охранником Н.Г.Игнатова В.И.Галюковым. Однако Хрущев не придал ей должного значения, видимо считая, что легко возьмет ситуацию под контроль и избавится от своих оппонентов. Во всяком случае, о настойчивом «выпроваживании» из Москвы в отпуск Хрущев сообщил президенту Индонезии Сукарно 29 сентября в шутливом тоне. Перед отъездом он лишь попросил Микояна встретиться с Галюковым.

На отдыхе в Пицунде Хрущев готовился к намеченному на ноябрь пленуму ЦК по сельскому хозяйству, встретился с членами делегации японских парламентариев. Приехавший туда же 3 октября Микоян привез один экземпляр записи откровений Галюкова. Это документальное подтверждение о намеченном перевороте не побудило Хрущева к немедленным действиям. Он знал, что Брежнев в ближайшие дни будет находиться в Берлине на праздновании 15-летия Германской Демократической Республики, а Подгорный 9 октября вылетит в Кишинев для участия в торжествах, посвященных 40-летию образования Молдавской ССР и созданию Коммунистической партии Молдавии.

Как вспоминает оставшийся «на хозяйстве» Полянский, 11 октября ему позвонил Хрущев и сообщил, что знает об интригах против него, обещал через три-четыре дня вернуться в столицу и показать всем «кузькину мать». Полянский бросился срочно обзванивать членов Президиума ЦК КПСС.

В Москву немедленно вернулись Брежнев и Подгорный. Последний по пути сделал посадку в Киеве, где встретился с Шелестом и просил его быть готовым к вызову в столицу.

12 октября в отсутствие Хрущева в Кремле собралось заседание Президиума ЦК КПСС. В принятом постановлении — единственном документальном свидетельстве этого заседания — зафиксировано следующее решение: в связи «с возникшими неясностями принципиального характера провести следующее заседание 13 октября с участием т.Хрущева. Поручить тт. Брежневу, Косыгину, Суслову и Подгорному связаться с ним по телефону». Участники заседания постановили также отозвать из парторганизаций хрущевскую записку о руководстве сельским хозяйством из-за содержащихся в ней путаных установок, вызвать в Москву членов ЦК и ЦРК КПСС на пленум, время проведения которого определить в присутствии Хрущева.

13 октября около половины четвертого дня в Кремле началось новое заседание Президиума ЦК КПСС. Прилетевший из Пицунды в сопровождении Микояна Хрущев занял обычное место председателя. Первым взял слово Брежнев, разъяснивший Хрущеву, что за вопросы возникли в Президиуме ЦК. Чтобы Хрущев понял, что он в изоляции, Брежнев подчеркнул, что вопросы ставят секретари обкомов. Хрущев попытался оправдаться. Признав весомость аргументов, он тем не менее начал отстаивать разделение обкомов, заговорил о своем стремлении приносить пользу, насколько хватит сил. Но его быстро прервали. До позднего вечера по очереди Шелест, Воронов, Шелепин, Кириленко, Мазуров, Ефремов, Мжаванадзе, Суслов, Гришин и Рашидов перечисляли хрущевские прегрешения.

Заседание продолжилось утром следующего дня. С большой обличительной речью выступил Полянский (ему было поручено подготовить для пленума ЦК КПСС специальный доклад об ошибках первого секретаря, который не прозвучал на пленуме только потому, что Хрущев согласился по-тихому уйти в отставку). С ним солидаризовались Косыгин, Подгорный, другие присутствующие. Единственным участником заседания, кто выступил в поддержку прежнего лидера страны, оказался Микоян, предложивший оставить Хрущева «у руководства партии». Но и он, увидев решимость остальных, в итоге согласился со смещением Хрущева. Сам «обвиняемый» в «последнем слове» признал свои ошибки, согласился подписать заявление об отставке и заявил: «Не прошу милости — вопрос решен. Я сказал т.Микояну— бороться не буду… Радуюсь — наконец партия выросла и может контролировать любого человека. Собрались и мажете говном, а я не могу возразить». После ухода Хрущева Брежнев предложил выдвинуть на пост первого секретаря ЦК КПСС Подгорного, но тот отказался в пользу Брежнева.

В тот же день 14 октября в 6 часов вечера в Екатерининском зале Кремля открылся внеочередной пленум ЦК КПСС. Выступивший на пленуме по поручению Президиума ЦК КПСС с докладом Суслов озвучил «единодушное» мнение членов высшего партийного ареопага о необходимости смещения Хрущева. Сказав несколько дежурных фраз об инициативе и энергии Хрущева, его роли в разоблачении культа личности Сталина, заслугах в борьбе с «антипартийной группой Молотова, Кагановича, Маленкова», в проведении политики мирного сосуществования, докладчик с пафосом обрушился на Хрущева. В вину ему было поставлено нарушение норм партийного руководства: решает дела единолично, пренебрегает коллективным мнением; достижения приписывает себе, а недостатки сваливает на других; пытается поссорить членов Президиума; стремится принизить авторитет своих коллег в массах, препятствует их выездам на места, а сам берет в поездки родственников; способствует восхвалению своей личности. Результат этих неправильных методов руководства — грубые политические, экономические и организационные ошибки (бесконечные перестройки и реорганизации партийного и советского аппарата, ликвидация райкомов партии, созыв нерабочих парадных пленумов ЦК, замена пятилеток семилетними планами, монополизация руководства сельским хозяйством, увлечение кукурузой, самовольство в награждении орденами, угроза разогнать Академию наук СССР и др.).

  Поскольку все основные вопросы были разрешены до пленума, его ход умело срежиссировали. Доклад Суслова в нужных местах прерывался одобрительными выкриками с мест и аплодисментами. По его окончании постановили «прений не открывать». Голосование прошло организованно и единодушно. Сначала было принято постановление «О т.Хрущеве», согласно которому он освобождался от занимаемых постов «в связи с преклонным возрастом и ухудшением состояния здоровья», признавалось «нецелесообразным в дальнейшем объединять в одном лице обязанности первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров СССР». Затем первым секретарем ЦК избрали Брежнева, а председателем Совета Министров СССР — Косыгина.

Председательствовавший на пленуме Брежнев от имени Президиума ЦК предложил «для печати ограничиться только одним пунктом постановления».

Краткую и скупую информацию о пленуме и отставке Хрущева 16 октября опубликовали в газетах.  
 
 
Пускай вас не удивляют садистские выходки донских казаков на Донбассе. То же самое они делали 70 лет назад, примкнув к нацистским оккупантам.
 
В конце апреля 1945 года 574-й батальон кубанских казаков, входивший в состав 1-й танковой армии вермахта, учинил жуткую расправу над жителями чешской деревни Зраков. Казаки замучили и заживо сожгли десятки чешских крестьян. В Чехии эта расправа и сегодня называется «второй Хатынью».
 
В конце апреля 1945 года 574-й батальон кубанских казаков, входивший в состав 1-й танковой армии вермахта, учинил жуткую расправу над жителями чешской деревни Зраков. Казаки замучили и заживо сожгли десятки чешских крестьян. В Чехии эта расправа и сегодня называется «второй Хатынью».
 
День на Венере длится дольше, чем год.
 
До распада СССР аттестаты этой законспирированной школы в Перевальном получили не менее 15 тысяч «специалистов широкого профиля», навыки которых требовались в условиях боевых действий.
 


...

Loading...

 
 

Mail_to_admin Freejournal



Рейтинг@Mail.ru

Network money

 
"> ?>